Сейчас читают
Владимир Солодов: для инвестиционных проектов на Камчатке нужен особый подход

Владимир Солодов: для инвестиционных проектов на Камчатке нужен особый подход

Прошедший во Владивостоке Восточный экономический форум (ВЭФ-2021) получился для Камчатского края весьма плодотворным: заключен десяток соглашений о сотрудничестве с крупнейшими компаниями, которые занимаются развитием туризма, логистики, связи, энергетики и других сфер. Глава региона Владимир Солодов впервые участвовал в форуме в качестве губернатора, и именно он передал президенту России Владимиру Путину предложения участников ВЭФ по развитию Дальнего Востока. О результатах работы на ВЭФ и том, как будут реализовывать озвученные инициативы, губернатор Камчатки рассказал в интервью ТАСС.

— Владимир Викторович, одной из сквозных тем ВЭФ-2021 стало обеспечение граждан на Дальнем Востоке современным и комфортным жильем. Много говорили и о строительстве новых городов, и о программе «Дальневосточный квартал». Президент Владимир Путин на пленарном совещании заявил о необходимости расширения «Дальневосточной ипотеки». Есть ли необходимость в расширении этой программы на вторичный рынок жилья на Камчатке? Насколько это возможно? ​​​​​

— Во-первых, мы, конечно, очень интенсивно работаем над развитием рынка жилья, потому что он у нас катастрофически узок. Но здесь я могу сказать, что есть достаточно большой прогресс: если в 2019 году мы построили 35 тыс. кв. м жилья, то по итогам 2020 года — уже 50 тыс., а через два года я ставлю планку выйти на 150 тыс. кв. м жилья в год.

Поэтому для меня первична все-таки стройка, потому что людям все равно нужно качественное жилье, по новым стандартам построенное, с соответствующими требованиями. «Вторичка» в любом случае не удовлетворяет жителей. Она — по-честному — «убита»: много аварийного или требующего серьезного ремонта жилья. Новое жилье привлекает больше интереса, и конечно, к нему приковано внимание.

Дело за вами: как привлечь людей на реализацию проектов Дальнего Востока

Поэтому первое — расширить стройку. Мы стали одним из первых регионов, который участвует в программе «Дальневосточный квартал». Уже просчитаны два квартала комплексной застройки, в каждом из которых будет до 100 тыс. кв. м жилья. Активно сотрудничаем с нашими институтами развития и строительными, с ДОМ.РФ, с [генеральным директором ДОМ.РФ] Виталием Мутко подготовили к подписанию соглашение — они будут помогать нам проектировать один из кварталов. Договорились, что будем строить арендное жилье, но нового типа, качественное. И те же врачи и учителя, которых мы привлекаем из других регионов, получая, пусть и не в собственность, а в аренду, жилье высокого качества, будут более удовлетворены им, и качество жизни у них будет выше.

При этом, конечно, нужно работать и над расширением ипотеки на вторичный рынок. Это тоже важно. Поэтому мы идем по обоим направлениям.

— Возможно ли снятие всех ограничений при выдаче ипотеки на индивидуальное жилищное строительство (ИЖС)?

— В целом ИЖС — это наша ставка, это очень важно. Но здесь нужно понимать одну простую вещь: в основном люди строят жилые дома без проекта, собственными силами. У нас нет принятой практики покупки по проекту готового жилья, найма рабочих и так далее. Поэтому нужно помогать людям закупкой материалов, домокомплектов, оформлением, инфраструктурой, выделением участков.

И конечно, им нужно помогать с получением ипотеки, чтобы можно было первичный взнос засчитывать как залоговую массу. Здесь уже большой прогресс, например для многодетных семей: в этом году мы запустили электронный сервис, который позволяет многодетным семьям самим встать в очередь, посмотреть, в какой агломерации будет выбираться участок, и достаточно быстро его получить, этот участок. Программа уже заработала.

— На форуме вы представили президенту идею создания Фонда страхования инвестиционных проектов на Дальнем Востоке. Проговаривался ли уже механизм его работы?

— Детали нам еще предстоит уточнить, но суть идеи достаточно простая. Сейчас проекты на Дальнем Востоке в соответствии с критериями Центрального банка получают высокое значение кредитного риска, и тем самым уровень резервирования крайне высок — до 35%, в то время как средний по стране составляет около 10%. Что мы предлагаем? Как раз ограничить уровень резервирования 10%, а оставшиеся 25% покрыть из страхового фонда. На практике это означает, что 2% от стоимости проекта, от этих 25%, должны будут лежать в фонде. То есть нам нужно создать фонд всего лишь на 2% от стоимости проекта. Например, если вы хотите сделать проект на миллиард, мы берем пять миллионов и замораживаем их в фонде. Это позволит получать кредиты на миллиард, то есть очень большой мультипликатор.

При этом мы снимаем ограничения незаинтересованности банков и позволяем существенно легче привлекать инвестиции. Мы не снимаем полностью риски, мы не берем на себя полностью работу банков, оценивая, надежный или ненадежный проект. Мы просто в тех проектах, которые проходят по критериям банка, смягчаем требования по резервированию, тем самым повышаем мотивацию банков в кредитовании проектов на Дальнем Востоке.

— И эти условия будут равны для всех 11 субъектов Дальневосточного федерального округа?

— Да. Нам многое, конечно, предстоит проработать, но я хочу подчеркнуть, что президент и Минфин РФ уже предварительно поддержали. Поэтому я думаю, что с высокой вероятностью мы достаточно быстро этот проект запустим.

— Второй нюанс связан с критерием отбора таких проектов. Будет ли приоритет, скажем, у социально ориентированных проектов?

— Мы пока исходим из того, что это в первую очередь будут проекты резидентов территорий опережающего развития. А дальше будем смотреть.

— На пленарном заседании ВЭФ президент Путин поручил добиться того, чтобы в следующем году грузовые перевозки по Северному морскому пути (СМП) стали круглогодичными. Порты Камчатки готовы к этому?

— Да. У нас активно развивается два портовых комплекса — это Петропавловск-Камчатский торговый порт и терминал Сероглазка. Оба готовы к отправке судов Северным морским путем. В этом году, например, грузоотправители были готовы отправить 20–30 тыс. т рыбы, но основная проблема была в дичайшем дефиците провозных мощностей рефрижераторных контейнеров — их не было нигде на Дальнем Востоке. Рыбаки готовы были практически любые деньги за них платить, но их все равно не было.

— Руководство Магаданской области весной предложило построить завод по производству рефконтейнеров возле магаданского порта. Вы такие возможности рассматриваете? Планируете ли создать на Камчатке подобное предприятие?

— Возможно. Но здесь для меня, как для грузоотправителя, важнее иметь парк контейнеров, а где они будут производиться — мне кажется, что это вторичный вопрос. Нужно просто проанализировать, кто из производителей готов в это вкладываться. Вплоть до производства на действующих мощностях, потому что есть, например, завод в Омске, у которого есть модель контейнера. Это все равно достаточно дорогостоящее производство, потому что это рефрижераторная секция, и она должна быть эффективная и недорогая, чтобы не нагружать себестоимость перевозки. Мне кажется, важнее сделать эффективную линию, чем фокусироваться на производстве именно на Дальнем Востоке.

— 2021 год стал годом рождения единой дальневосточной авиакомпании «Аврора». Удалось ли добиться включения в программу полетов популярных маршрутов с Камчатки?

— Да, в нее уже включены наиболее популярные у нас маршруты из Петропавловска-Камчатского во Владивосток и Хабаровск. В той версии, которую мы утвердили на наблюдательном совете компании, они включены. Другое дело, что туда сейчас включено 535 маршрутов, и есть вопрос, какие из них будут субсидировать в первую очередь. И здесь важно, чтобы при принятии решений об объеме субсидирования был ориентир на популярность маршрутов среди населения. Проблема еще и в том, что и Петропавловск-Камчатский, и Владивосток, и Хабаровск — это коммерческие маршруты. По ним есть два перевозчика: S7 и «Аэрофлот». И в данном случае я считаю, что они не менее важны.

Также огромный положительный эффект имеют «плоские» тарифы в Москву, потому что сейчас жители Дальнего Востока могут купить билет в одну сторону за 7,5 тыс. рублей. Это очень дешево. При этом во Владивосток — за 13 тыс. рублей, что, конечно, несправедливо и абсолютно не соответствует ожиданиям жителей.

— А внутри региона перелеты порой еще дороже.

— Да, внутри региона порой еще дороже, но в целом дороже 15–16 тыс. рублей почти нет перелетов, потому что у нас самая большая глубина субсидирования. На совещании у президента прозвучала цифра, что все регионы Дальнего Востока субсидируют 4 млрд рублей на авиабилеты. Так вот, из этих 4 млрд рублей четверть субсидирует Камчатский край. При том что численность населения Камчатки — 3,75% от численности всех дальневосточных регионов. Мы очень много субсидируем по сравнению с другими регионами и все равно не можем добиться приемлемой стоимости, хотя подвижки есть: например, мы в этом году ввели маршруты по 4 тыс. рублей и стараемся и дальше снижать стоимость, особенно для жителей удаленных населенных пунктов. Поэтому будем сейчас анализировать, как сфокусировать эти средства, чтобы жители отдаленных поселков имели возможность все-таки более доступно путешествовать. Это для меня приоритет.

— Пока основные маршруты единой дальневосточной авиакомпании, объявленные и вышедшие на линию, — это межрегиональные перелеты. Хотя, когда идея обсуждалась, говорилось, что компания будет выполнять в том числе и внутрирегиональные перевозки. Возможно ли это и в какой срок? И как вы считаете, может ли «Аврора» забрать на себя внутрирегиональные туристические перевозки?

— На мой взгляд, очень важно, чтобы компания начала летать. Правильно начать с межрегиональных перелетов, потому что на то она и единая дальневосточная авиакомпания, чтобы увязать в единое целое перевозки по Дальнему Востоку. Сейчас нам нужно запустить авиакомпанию, а дальше будем добиваться, чтобы субсидирование было и на внутрирегиональных перевозках. При этом я хочу подчеркнуть, что мы сохраним субсидию, которая из бюджета края выделяется на перевозки по краю. Речь идет о том, чтобы в дополнение к ней привлечь федеральные средства и на внутрирегиональные перевозки.

4 Материала

Что касается туристических маршрутов, это возможно. Я думаю, что дальневосточная авиакомпания тоже будет этим заниматься. Но одновременно мы видим, что появляются коммерческие авиакомпании. Например, у нас в этом месяце зарегистрирована новая авиакомпания, она называется «Камчатка». Ее зарегистрировали наши инвесторы, которые вкладываются в развитие туристического комплекса. И уже приобретен первый самолет, который будет осуществлять туристические маршруты, популярные среди посетителей Камчатки. Я знаю, что у них в планах, например, маршрутная линия до Курил. Для нас, как для региона, это невозможно, так как это сложный межрегиональный перелет между Камчатским краем и Сахалинской областью, но Курилы — очень востребованное место посещения, и туда ближе лететь из Петропавловска-Камчатского, чем из Южно-Сахалинска. И сам бог велел такие маршруты раскатывать за счет небольших коммерческих авиакомпаний.

На ВЭФ обсуждалось и сокращение требований к малым аэропортам. Президент поддержал эту историю и поручил сократить ненужные требования. Я давно уже добиваюсь этого, и сейчас мы уверены, что этот вопрос сдвинется с мертвой точки и мы добьемся устранения абсурдных требований к аэропортам малой мощности.

— Каких, например?

— Скажем, когда в аэропорт прилетает один самолет за неделю, но при этом там должно содержаться выделенное сертифицированное частное охранное предприятие, металлодетекторы, не просто переносные, а сертифицированные, комната матери и ребенка, патрульная дорога вокруг полосы, периметровое ограждение определенной высоты. И все это приводит к тому, что себестоимость с учетом всего этого обслуживания в одном из аэропортов Камчатки на одного пассажира составляет 19 тыс. рублей.

— И это все вкладывается в том числе в тариф?

— Оно косвенно влияет на билет, потому что часть финансируется напрямую. Но ведь это средства государственные, которые затрачиваются и которые абсолютно бессмысленны. Нужно разумно сохранить безопасность, но при этом сократить ненужные расходы.

— Как проходит у вас вакцинация населения? Камчатка была одним из тех регионов, где вводилась обязательная вакцинация для определенных категорий граждан. Был ли эффект от этого, на ваш взгляд?

— Вакцинация сейчас достаточно сильно активизируется. Специфика Камчатки в том, что люди летом массово уезжают в длинные северные отпуска. Поэтому летом был очевидный такой естественный спад количества вакцинированных, сейчас мы видим его рост. Активно идет вакцинация тех категорий, для которых установлена обязательная вакцинация: и учителя, и врачи, и другие работники. В свое время я вводил вакцинацию вахтовых работников. Там практически 100-процентная вакцинация была обеспечена, и я считаю, что эта мера сработала.

Я планирую до конца осени выйти на коллективный иммунитет по региону и все для этого делаю. И тогда мы сможем с уверенностью дальше смотреть на выстраивание уже плановой медицины. Потому что, конечно, пандемия, я не скрою, сильно препятствует той реформе здравоохранения, которая так нужна Камчатке.

Беседовали Илья Баринов, Ульяна Бакуменко

Источник

оставьте ответ

Ваш электронный адрес не будет опубликован.

© 2021 АГРОНОВОСТИ.РФ